Кто изобрел современную физику? От маятника Галилея до квантовой гравитации. Геннадий Горелик

Современная наука родилась сравнительно недавно - всего четыре века назад, в эпоху Великой научной революции. Причины этой революции и отсутствие ее неевропейских аналогов до сих пор не имели признанного объяснения. А радикальность происшедшего ясна уже из того, что расширение и углубление научных знаний ускорились раз в сто. Эта книга рассказывает о возникновении новых понятий науки, начиная с изобретения современной физики в XVII веке и до нынешних стараний понять квантовую гравитацию и рождение Вселенной. Речь идет о поворотных моментах в жизни науки и о драматических судьбах ее героев, среди которых - Г. Галилей, И. Ньютон, Дж. Максвелл, М. Планк, А. Эйнштейн, Н. Бор, А. Фридман, Ж. Леметр, М. Бронштейн, Л. Ландау, Г. Гамов, А. Сахаров и др. По словам академика РАН, лауреата Нобелевской премии В.Л. Гинзбурга, Геннадий Горелик "является выдающимся историком физики. Он доказал это своими статьями и книгами, последняя из которых посвящена биографии А.Д. Сахарова в контексте советско-американской истории водородной бомбы".

Культурные различия и политические границы в эпоху глобальных миграций. Владимир Малахов

Новая книга Владимира Малахова приглашает пересмотреть стереотипы, сложившиеся в отечественной литературе вокруг та­ких понятий, как «нация», «национальное государство», «нацио­нальное гражданство» и «национальная идентичность». Ее глав­ный предмет — природа национальных границ. Автор демонстри­рует взаимное переплетение культурных и пространственно-гео­графических делений и в то же время обнажает проблематич­ность самой теоретико-познавательной рамки, в которой социаль­ная реальность предстает разделенной на нации. Теоретические контексты позволяют ставить практические вопросы: Как строится политика современных наций-государств по отношению к культур­ному разнообразию, порождаемому иммиграцией? Как выглядят социальные практики, стихийно формирующиеся в ходе взаимо­действия принимающего и новоприбывшего населения? Сколько в этом взаимодействии сторон? Чем обусловлена динамика соци­альных, юридических и символических границ между гражданами и негражданами?

М.: Новое литературное обозрение; Институт философии РАН, 2014. — 232 с. ISBN 978-5-4448-0127-7

Кино: визуальная антропология. Гордон Грей

Интересное и остроумное исследование, в котором американский ученый пытается применять к кинематографу антропологические методы. По сути, это учебник по теории и истории кино, но напи­санный на непривычных основаниях. Грея, прежде всего, интере­сует вопрос: что мы, изучая кинематограф, можем узнать о культу­ре или культурах, в которых снимаются и смотрятся фильмы. Slon.ru

Каждый день сотни тысяч людей во всем мире посещают кинотеатры, миллионы смотрят фильмы по телевизору. Чем порожден массовый интерес к кино? Почему оно играет такую важную роль? Американский антрополог Гордон Грей предприни-мает в своей книге попытку ответить на многие ключевые вопросы: как можно через кино изучать ценности и представления людей? как влияет на кино национальный и культурный контекст их производства и проката? чем, в частности, различаются такие модели кинематографа, как Голливуд, Болливуд, нигерийские видеофильмы? какие культурные и психологические механизмы позволяют фильму увлечь зрителя и как зритель воспринимает и интерпретирует фильм?

Наука в действии. Бруно Латур

Ключевая книга современной гуманитарный мысли, в которой сама гуманитарность ставится под вопрос как таковая. Занимаясь в 1980-х исследованием функционирования научных лаборато­рий, француз Бруно Латур пришел к выводу, что социология должна описывать не только отношения людей между собой, но наравне с ними — участие в отношениях, действиях и позициях неодушевленных предметов.

Пространственная история. Михаил Ямпольский

Как всегда, у философа, культуролога и киноведа Михаила Ям­польского сближения вроде бы далеких явлений, персонажей, ме­тодов превращаются в головокружительную сеть идей. В новой книге речь идет об истории — истории культуры, истории про­странства, наконец, истории самой истории. Отдельный большой текст посвящен устройству памяти о холокосте в современном мире.

Я прожил жизнь. Письма 1920-1950. Андрей Платонов

Наиболее полная публикация дошедшего до нас эпистолярного наследия автора "Чевенгура": огромная переписка с женой, пись­ма советским чиновникам, знакомым писателям. Любовь переме­жается с инженерными отчетами, философские откровения — с газетной суетой. Все совсем как в платоновской прозе. Самое важное событие ярмарки из тех, что имеют отношение к русской литературе.

Окно на Восток: Империя, ориентализм, нация и религия в России. Роберт П. Джераси

В исследовании американского историка Роберта Джераси Ка­зань и тяготевший к ней обширный Поволжско-Уральский край предстают окном Российской империи на Восток, фокусом од­новременно и притяжения, и отталкивания между русским большинством и различными нерусскими меньшинствами. Разно­сторонне анализируя деятельность целой галереи персонажей – чиновников, крестьян, священников, мулл, ученых, студентов, пе­дагогов, публицистов, юристов, — автор показывает, как в ходе предпринимавшихся в XIX – начале XX в. попыток обрусить та­тар, подорвать влияние ислама, удержать в православии «креще­ных инородцев» русские меняли представления о самих себе, о своей нации и культуре. Власть и идеология, этничность и рели­гия, наука и образование – таковы те контексты, в которых Дже­раси новаторски трактует проблему жизнеспособности имперско­го строя и его совместимости с русским национализмом.

ISBN 978-5-4448-0060-7

Расписание перемен: Очерки истории образовательной и научной политики в Российской империи — СССР (конец 1880-х —1930-е годы). Под редакцией А.Н. Дмитриева

В настоящем сборнике очерков по истории российской системы образования конца XIX – первых десятилетий XX века представ­лена широкая панорама правительственных инициатив и практик реализации «на местах» проектов, нацеленных на улучшение ка­чества преподавания и оптимизацию условий вовлечения мало­образованных жителей многонационального Российского государ­ства в полноценный образовательный процесс. Сборник охваты­вает описание образовательной политики всех типов школ — от начальной до высшей, включая технические, профессиональные, религиозные, национальные и женские учебные заведения. Оби­лие цитируемых архивных документов позволяет проследить це­почки непрерывных исторических изменений, генетически связы­вающих историю российского образования до и после 1917 года. Помимо собственно школ, в издании рассматриваются особенно­сти деятельности института попечителей учебных округов, работа инспекторов народных училищ, специфика организации земского попечительства над образованием; в том, что касается советского периода, — система советского партийного образования, появле­ние устойчивой социальной страты «спецов», эксперименты в об­ласти образования 1920-х годов и т.д.

Hannah Arendt. Margarethe von Trotta

The sublime Barbara Sukowa reteams with Margarethe von Trotta (Vision, Rosa Luxemburg) for her brilliant biopic of influential German-Jewish philosopher and political theorist Hannah Arendt. Arendt s reporting on the 1961 trial of ex-Nazi Adolf Eichmann in The New Yorker controversial for her portrayal of Eichmann and the Jewish councils introduced her now-famous concept of the banality of evil. Using archival footage of the trial and weaving a narrative that spans three continents, von Trotta beautifully turns the often-invisible passion for thought into immersive, dramatic cinema. Hannah Arendt co-stars Klaus Pohl as philosopher Martin Heidegger, Nicolas Woodeson as New Yorker editor William Shawn, and two-time Oscar Nominee Janet McTeer (Albert Nobbs) as novelist Mary McCarthy.

5 wins & 8 nominations

Тюльпан. Сергей Дворцевой

On the steppes of Kazakhstan, Asa lives in a yurt with his sister Samal, her husband Ondas, and their three children. Ondas is a herdsman, tough and strong. It's dry, dusty, and windy; too many lambs are stillborn. Against this backdrop, Asa, a dreamer who's slight of build and recently finished with a stint in the Russian Navy, tries to establish a life on the steppes. He, his friend Boni, and Ondas call on Tulpan, the only single girl in the area. The men talk to her parents while she listens out of sight. Her answer and Asa's later trips to talk to her form an arc of hope against the harsh land. Is this the place of Asa's dreams? What about the other lambs?

15 wins & 5 nominations. Winner at Asian Film Awards, Cannes Film Festival, Tokyo International Film Festival etc.

Klass (Entre les murs). Laurent Cantet

Teacher and novelist François Bégaudeau plays a version of himself as he negotiates a year with his racially mixed students from a tough Parisian neighborhood.

Teacher François Marin and his colleagues are preparing for another school year teaching at a racially mixed inner city high school in Paris. The teachers talk to each other about their prospective students, both the good and the bad. The teachers collectively want to inspire their students, but each teacher is an individual who will do things in his or her own way to achieve the results they desire. They also have differing viewpoints on the students themselves, and how best to praise and discipline them. The administration of the school tries to be as fair as possible, which includes having student representatives sit on the student evaluation committee. Marin's class this year of fourteen and fifteen year olds is no different than previous years, although the names and faces have changed. Marin tries to get through to his students, sometimes with success and sometimes resulting in utter failure. Even Marin has his breaking point, which may result in him doing things he would ...

Nominated for 1 Oscar. Another 11 wins & 16 nominations

Without Gorky. Cosima Spender

Without Gorky is a personal journey into a powerful family tragedy. At the centre of the film are the conversations between the director, Cosima, and her grandmother, Mougouch. The whole family has been shaped by the legacy left by Cosima’s grandfather: the Abstract Expressionist painter Arshile Gorky. His suicide in 1948 still echoes and disturbs the family’s relationships. While Mougouch, looks back at her time with Gorky, their daughters, Maro and Natasha, revisit painful childhood memories. Gorky was an elusive character who escaped the Armenian genocide and reinvented himself as a romantic artist in New York in the 30s. He struggled as a painter until he found in Mougouch the emotional support he needed to flourish. Their relationship was passionate and inspiring to begin with, but the pressure of two small children and no money soon put a huge train on them. In 1947 he was struck by a series of tragedies that led to suicide. This film takes you through the pain and courage of the family, coming to an emotional climax in Gorky's birthplace: Lake Van, former Armenia.

A Peacock Pictures and Arshile Gorky Foundation Production

Red Obsession. David Roach, Warwick Ross

The great chateaux of Bordeaux struggle to accommodate the voracious appetite for their rare, expensive wines, which have become a powerful status symbol in booming China.

For centuries, Bordeaux has assumed a mythical status in the world of fine wine as a leitmotif of wealth, power and influence, but its prosperity has always been linked to the capricious nature of markets and the shifting fortunes of global economies. Now change is coming to Bordeaux, with traditional customers like the US and the UK falling away, as China's new rich push prices to stratospheric levels. The demand is unprecedented, but the product is finite and this new client wants it all. Will the China market be the bubble that never bursts or the biggest threat yet to Bordeaux's centuries old reputation?

Tribeca Film Festival Best Documentary Nominee

Portrait of Wally. Andrew Shea

The documentary PORTRAIT OF WALLY traces the history of this iconic image – from Schiele’s gesture of affection toward his young lover, to the theft of the painting from Lea Bondi, a Jewish art dealer fleeing Vienna for her life, to the post-war confusion and subterfuge that evoke THE THIRD MAN, to the surprise resurfacing of “Wally” on loan to the Museum of Modern Art in Manhattan in 1997.

In 1997, when the heirs of art dealer Lea Bondi asked MoMA to hold the painting in New York, MoMA and the Leopold Museum dug in their heels and refused. District Attorney Robert Morgenthau issued a subpoena and launched a criminal investigation. A 13-year battle in court followed, tracking the course of a Holocaust property crime and reopening the wounds of one of the century’s worst tragedies – all at a time when the prices of Egon Schiele’s works rose faster than those of any painter on the art market.

Schiele collector Ronald Lauder found himself caught between several loyalties – he was chairman of MoMA and the founder of the Commission for Art Recovery, an organization committed to returning looted art to the Jews who lost it to the Nazis. Lauder sided with the Museum, and against the Jewish family. So did all the museums in New York – even the Jewish Museum.

The “Wally” case brought the story of Nazi art loot into the open, eventually forcing museums in Europe and the U.S. to search their own collections for suspect objects. Many museums ended up returning art to Jewish families who had abandoned hope until “Wally” showed that institutions could be held accountable for holding property stolen during the Holocaust. The case was resolved in dramatic fashion in the summer of 2010, but only after the history of Schiele’s extraordinary painting was unearthed to revisit the crimes of the Holocaust and to witness the reluctance of major institutions in Europe and New York to send the “last prisoners of war” back to their families.

Die große Stille. Philip Gröning

An examination of life inside the Grande Chartreuse, the head monastery of the reclusive Carthusian Order in France.

The Grande Chartreuse, the mother house of the legendary Carthusian Order, is based in the French Alps. “Into Great Silence” will be the first film ever about life inside the Grande Chartreuse.

Silence. Repitition. Rhythm. The film is an austere, next to silent meditation on monastic life in a very pure form. No music except the chants in the monastery, no interviews, no commentaries, no extra material.

Changing of time, seasons, and the ever repeated elements of the day, of the prayer. A film to become a monastery, rather than depict one. A film about awareness, absolute presence, and the life of men who devoted their lifetimes to god in the purest form. Contemplation.
An object in time.

5 wins & 4 nominations.

SIERRA, R.: Piano Trios Nos. 1-3 / Fanfarria, aria y movimiento perpetuo. Trio Arbos

Roberto Sierra was born in Puerto Rico and studied composition in Europe, notably with György Ligeti in Hamburg, Germany. ‘The three piano trios in this recording span seventeen years of my creative life (1991–2008),’ he says. ‘Each reflects a different creative impulse and the ideas that were in my mind at the time I wrote them. There are nevertheless common threads that link these works: a constant preoccupation with the intersection of a modern musical language and the vernacular that comes out of my ethnic background, and also timbral explorations often linked to instrumental virtuosity.’ Latin and jazz influences meet Romantic and modern developments in this expressive chamber music.

Trío Arbós, Premio Nacional de Música - Interpretación, Spain

Naxos 8.559611

TCHAIKOVSKY: Piano Concerto No. 1. Daniil Trifonov, Mariinsky Orchestra, Valery Gergiev

Daniil Trifonov, winner of the XIVth International Tchaikovsky Competition, is probably the world’s most exciting young pianist. On his first Mariinsky recording he joins Valery Gergiev for a scintillating performance of Tchaikovsky’s Piano Concerto No 1. Daniil also presents a selection of recital repertoire including music by Tchaikovsky, Chopin and Liszt transcriptions of Schubert and Schumann.

Written for Nikolai Rubinstein, Tchaikovsky’s First Piano Concerto is one of his most popular works. Revised three times, including an arrangement for two pianos, the concerto was finally set in stone in 1888 and it is this version that is most frequently performed today. Tchaikovsky balances core motivic elements with a sense of lyrical spontaneity to create a technically challenging but instantly appealing work.

At only 21 years old, Daniil Trifonov has won countless awards, including the Chopin Competition in Warsaw, the Rubinstein Competition in Tel Aviv and the Tchaikovsky Competition in Moscow (Gold Medal). Valery Gergiev personally awarded Trifonov the ‘Grand Prix’ in Moscow, an additional award given to the best overall competitor in any category of the International Tchaikovsky Competition.

In 2011, Trifonov gave his debut with the London Symphony Orchestra and has since performed with the Vienna Philharmonic and the Mariinsky Orchestra, as well as touring throughout the USA, Europe and the Far East. In the coming season he will make debuts with the New York Philharmonic, Boston Symphony and Chicago Symphony orchestras, as well as performing recitals at Salle Pleyel, Carnegie Hall, Suntory Hall and Wigmore Hall.

Mariinsky MAR0530

Piano Music (Maso). Benet Casablancas

The piano has always been (and to a large extent still is), the favourite instrument of composers. The relationship that composers have with the keys of the piano (usually on a daily basis), is more intimate than the creator of music has with any other instrument. The pianist-composer nevertheless seems to be a thing of the past for it is rare these days to find composers committed exclusively by choice to solo piano music in the same way as Chopin, Schumann, Scriabin, Rachmaninov, or (in terms more relevant to the music here), Granados, Albéniz or Mompou. Yet the piano retains its attraction for many composers both as a fascinating musical entity and as an instrument representing a rich tradition and repertoire and, moreover, a treasure trove of still untapped potential.
Over recent years, Benet Casablancas, born in Sabadell, near Barcelona, has established a position as one of the most prolific and interesting composers of the present time. His secure musical and humanist education has enabled him to develop a very individual style which, though firmly based on a knowledge and love of the great classical tradition (with the Second Viennese School being one of his fundamental reference points), is open to extremely diverse influences which he is able to honour without resorting to eclectic compromises.

Premio Nacional de Música, Spain

Naxos 8.570757

Rivers to the Sea. Joseph Phibbs

"With Mahler's mighty Second Symphony, the 'Resurrection', guaranteeing a full house, the composer whose new work preceded it was also fortunate in being able to write for vast orchestral forces. Now in his mid-30s, Joseph Phibbs, whose 25-minute Rivers to the Sea had its London premiere in this Philharmonia programme conducted by Esa-Pekka Salonen, seized his opportunity.

A continuous work in four movements, it takes its title from a poem by the American writer Sara Teasdale. Phibbs himself describes the presence of the sea as a driving force behind the piece. Certainly, its plasticity and flow suggest some ongoing continuum in motion, rising to frenetic activity in the fast sequences – Phibbs sees the last as an urban landscape – while more soberly atmospheric in the two slow sections.

What impresses throughout is the accomplishment of the harmonic and orchestral writing, both utilising a layering technique where more than one thematic element is heard over and against another. Though each maintains its identity, the resulting dynamic momentum accrues from the thrill and complexity of the resulting collisions." The Guardian (5* review)

British Composer Award

Кирилл и Мефодий. Лощиц Ю. М.

Создатели славянской письменности, братья Константин (получив­ший незадолго до смерти монашеское имя Кирилл) и Мефодий по­читаются и всём славянском мире. Их жизненный подвиг не слу­чайно приравнивают апостольскому, именуя их «первоучителями» славян. Уроженцы греческой Солуни (Фессалоник), они не только создали азбуку, которой и по сей день пользуются многие народы (и не только славянские!), но и перевели на славянский язык Еван­гелие и богослужебные книги, позволив славянам молиться Богу на родном языке. Предлагаемая вниманию читателей биография свя­тых Кирилла и Мефодия принадлежит перу писателя Юрия Ми­хайловича Лощица, которого ценители биографического жанра хо­рош знают как автора книг «Сковорода», «Гончаров» и «Дмитрий Донской», ранее выходивших в серии «Жизнь замечательных лю­дей». Надёжными путеводителями для автора стали два древней­ших литературно-исторических памятника старославянской пись­менности — «Житие Константина Философа» и «Житие Мефодия» (так называемые пространные жития солунских братьев). Многие страницы книги написаны как развёрнутый комментарии к этим па­мятникам отдалённой эпохи и представляют собой опыт художе­ственно-исследовательской реконструкции.

Патриаршая литературная премия

Повесть о Книге из Муша. Антония Арслан

Антония Арслан - итальянская писательница армянского происхо­ждения. Ученый, магистр этнографии, профессор современной итальянской литературы университета Падуи. Она стала широко известна после выхода ее первого романа "Усадьба жаворонков" (2004). Сквозь подлинную историю своей семьи (деда и его брата) писатель показывает трагедию всего армянского народа, пере­жившего события 1915 года. Роман "Усадьба жаворонков" отме­чен многими престижными премиями, переведен на 20 языков и экранизирован братьями Тавиани ("Гнездо жаворонка", 2007). Тема трагической истории армян продолжена автором в книге "Путь в Смирну" и в " Повести о Книге из Муша" (2012), рассказы­вающей о спасении древней армянской рукописи. Книга уже пере­издана на родине три раза.

Книги Антонии Арслан— прямое опровержение тезиса о «смерти поэзии». Арслан берется рассказывать о чудовищных вещах, перед которыми искусство обычно отступает,— и при этом в ее рассказе звучит музыка и веет сказкой. «Это история со счастли­вым концом, несмотря на все»,— говорит о своей повести рассказчик. Это «все», на которое «несмотря»,— не шутка. [...] Книги Антонии Арслан— не только о великом горе и неслыханном злодействе, но и о «древней мудрости, которой больше нет». Мудрости, которая учит человека доверять тому, что в любой слу­чайности, в любой встрече его жизни есть какой-то смысл, кото­рый, быть может, откроется скоро, а может, и никогда— но само знание об этих «крохах смысла» делает нас внимательными и благодарными. Книга, которую спасают герои «Повести»,— богато иллюминированное собрание гомилий, церковных проповедей. То, что пишет Арслан, внешне нисколько не напоминает пропо­ведь. Она избегает малейшего морализма и учительства. Ольга Седакова

Энциклопедия русского авангарда. Изобразительное искусство. Архитектура. Василий Ракитин, Андрей Сарабьянов

В 2 томах

Энциклопедия является первым систематическим сводом материа­лов по истории и теории авангардного движения России, датируемого авторами 1907-1932 годами. Это издание станет са­мым полным и масштабным трудом, систематизировавшим исто­рию русского авангарда.
Уникальность Энциклопедии заключается в масштабе проведен­ной научной работы: в издании представлено более 1500 живо­писных и графических работ художников из фондов Государ­ственной Третьяковской галереи, Государственного Русского му­зея, других музеев и частных собраний.

Энциклопедия включает в себя более 1000 статей, в работе над которыми при­няли участие 169 авторов-искусствоведов, более 70 российских и зарубежных музеев, 2 архива литературы и искусства, владельцы частных коллекций и галерей.

В процессе работы над изданием был сделан ряд научных откры­тий: найден ряд ранее неизвестных художников авангарда, со­бран материал о малоизвестных художниках.

ISBN 978-5-902801-10-8, 978-5-902801-09-2

Я++: ЧЕЛОВЕК, ГОРОД, СЕТИ. Уильям Митчелл

«Я++» (в оригинале Me++. The Cyborg Self and the Networked City) — завершающая книга трилогии (предыдущие книги — e-topia и City of Bits на русский не переведены), и посвящена она транс­формации самого понятия пространства в связи с распростране­нием сетей.
Уильям Митчелл, архитектор и урбанист, долгие годы возглав­лявший отделение архитектуры и планирования в Массачусет­ском технологическом институте, — не просто действующий ар­хитектор и исследователь. Некоторым образом его можно на­звать футурологом — если иметь в виду, что футурологом яв­ляется, к примеру, Тоффлер. В «Я++» Митчелл описывает эво­люцию беспроводных технологий за последнее столетие, кото­рая, по его мнению, описывается как рост сетей, сопровождаю­щийся миниатюризацией устройств. И если операторы первых устройств Маркони были скорее телесными деталями неподвиж­ных машин, сегодня все наоборот — мобильные устройства Мит­челл рассматривает как расширения человеческого тела. Все это очень сильно изменило наши отношения друг с другом и с про­странством, в котором мы обитаем: распространение непрерыв­ного покрытия имеет не только социальные и экономические по­следствия. Оно также оказывает непосредственное действие на нашу одежду, на архитектуру, вообще на понятие города, на пат­терны использования времени. По мнению Митчелла, ограниче­ния уступают место связям в качестве основного инструмента управления миром; жесткое планирование сменяется органиче­ским ростом, а оседлый образ жизни — кочевым. Colta

Глава из книги
Купить on-line

Le Mythe de la Grèce blanche. Histoire d’un rêve occidental. Philippe Jockey

Восстанавливая в правах древнегреческую полихромию, Филипп Жоке параллельно анализирует процесс возникновения образа белой Греции, поэтому большая часть книги представляет собой своеобразную археологию «отбеливания».

Все начинается с хро­матической революции в Римской империи. Идеал красоты отны­не воплощается не в красках, а в чертах и формах. После христиа­низации Римской империи белый переходит в сферу культа и становится синонимом обретенной веры, вечной жизни, святости и невинности.

Решающую роль в этом процессе сыграют скульпторы эпохи Воз­рождения, которые будут изучать формы античных статуй, вос­торгаться их очертаниями и моделями и при этом презрительно игнорировать все еще обнаруживающиеся на них остатки краски.

Парадоксальным образом миф о белой Греции получает наи­большее распространение в девятнадцатом веке, то есть именно тогда, когда появляется достаточное количество доказательств многоцветности греческой архитектуры и скульптуры. В 1798 году французский консул в Афинах завершает свой рассказ о Парфеноне громогласным «Там всё было крашеным!», но большинство европейцев отказывается признавать очевидное. Свою роль в этом процессе сыграет независимость Греции от Османской империи, провозглашенная в 1830 году после долгой кровопролитной борьбы. Молодое государство попытается очистить не только язык, но и архитектуру от любых восточных заимствований: белоснежный Парфенон станет символом «национального возрождения», а миф о белых Афинах оконча-тельно укоренится в сознании людей. Morebo

О мультимедийном оснащении образовательного процесса

Институт ЮНЕСКО по информационным технологиям в образован­ии и издательство «Весь Мир» выпустили в свет Обзор сцена­риев применения мультимедийных средств в образовании (на ан­глийском языке).

Это новое издание книги, подготовленной международными экс­пертами – Бентом Андресеном (Университет Образования, Да­ния) и Катей ван ден Бринк (Университет Ландау, Германия) – и первоначально выпущенной ИИТО ЮНЕСКО в 2001 году. Курри­кулум представляет собой структурированный и систематический обзор педагогических сценариев применения мультимедиа средств в образовании, включая описание различных аспектов оценки знаний и умений методом портфолио, роли конечных пользователей мультимедиа продукции, самого процесса произ­водства мультимедиа, а также практики использования мультимед­иа в обучении.

Полный текст на сайте ЮНЕСКО ИИТО (pdf)

Феномен реформ на западе и востоке Европы в начале Нового времени

Редакторы: Михаил Кром, Людмила Пименова

Публикуемые в сборнике статьи и материалы дискуссии, состояв­шейся в марте 2012 г. в Европейском университете в Санкт-Пе­тербурге, посвящены феномену реформ раннего Нового времени в стра­нах Европы - от Испании и Португалии на западе до России на востоке. Как менялось само понятие реформы на протяжении трех столетий - с начала XVI до конца XVIII в. - и как оно было связа­но с практикой преобразований? Кто становился реформа­тором и каковы были мотивы действий этих людей? Как относи­лись к пре­образованиям различные слои общества? Каким был механизм за­имствования иностранных образцов при прове­дении реформ и чем «копии» отличались от «оригиналов»? Таков круг вопросов, обсуж­даемых авторами сборника - историками из Рос­сии, Франции и Швеции.

Эпоха, которая нашла в нем отражение – это время перехода «от королевского дома к государственному интересу» (П. Бурдье),  Людмила Пименова.

ISBN 978-5-94380-163-1; 2013 г.

ХАИМ СУТИН. М.Ю.Герман

Эта книга — первая фундаментальная монография, посвященная Хаиму Сутину (1893–1943). Несмотря на огромное количество прижизненных этюдов, серьезных каталогов, интереснейших ста­тей и публикаций, подробного исследования о Сутине в мире пока нет. В России о нем не издавалось почти ничего. Олимпий­ский дар Сутина очевиден, его живопись давно и навсегда встала вровень с творениями Ван Гога, Мунка, Пикассо.

Более четверти века он работал отдельно от современного ему искусства, которое без него, тем не менее, не смогло бы стать та­ким, каким стало.

Сутин не вошел ни в одну «национальную историю искусства», оставаясь пришельцем во Франции и сохраняя связь с русской культурой лишь в потаенной глубине своего творчества, которое более принадлежало Времени — XX веку, чем Месту, где оно взрастало. Художник развивал важнейшую тенденцию искусства XX века, ведущую начало еще от Бодлера: эстетизацию всего, не зависящую от предмета, скорее, даже вопреки ему.

Ощущение жизни как страдания, а живописи — как пути к его преодолению — навсегда останется доминантой его творчества. Он умер во время Второй мировой войны. Среди немногих, кто провожал Сутина на Монпарнасском кладбище, был Пикассо.

Искусство–XXI век. ISBN: 978-598051-054-1

Россия и Китай. Четыре века взаимодействия. Александр Лукин

Данная книга призвана решить две важные задачи: представить российской академической аудитории и экспертному сообществу глубокую научно-обоснованную картину российско-китайских от­ношений с момента их возникновения до настоящего времени и дать преподавателям и студентам в области международных от­ношений первоклассное учебное пособие. Авторский коллектив монографии составили ведущие российские ученые и диплома­ты. В книге показано возникновение и разви­тие российско-ки­тайских отношений, дана взвешенная характери­стика важнейших двусторонних договоров, оцениваются раз­личия в их трактовке в российской, китайской и мировой научной литературе, особо рассматривается сложный процесс развития культурных связей.

Книга снабжена иллюстрациями и научно-справочным аппара­том, в том числе на китайском языке, а также содержит тематиче­ские и биографические врезки, облегчающие восприятие и запо­минание текста.

Весь Мир. ISBN 978-5-7777-0548-8; 2013 г.

Танская бюрократия. Вячеслав Рыбаков

Часть 1: Генезис и структура (скачать pdf)
представляет собой проведенное на материале китайских источников VII—X вв. первое систематическое исследование управленческого аппарата династии Тан (618—907). Автор показывает, как необходимость обеспечить эффективное управление экономикой страны обусловила потребность в идеологических факторах, которые ненасильственными методами ограничивали бы самоуправство и своекорыстие чиновника.

Часть 2: Правовое саморегулирование

Однозначность предписаний танского уголовного права и их под­чиненность нормам традиционной этики дают уникальную воз­можность сопоставления этических норм того времени, поскольку тяжесть наказания служит единицей измерения важности мо­ральной нормы. Исследование права, таким образом, неизбежно оказывается исследованием культуры. Описываются виды зако­нодательных актов тогдашнего Китая, их динамика и иерархия, их взаимосвязь и области их применения.

Во втором разделе исследуется отношение уголовного права к чиновной элите. Подробно анализируются специфические нормы танского уголовного права, либо применявшиеся исключительно к служилому сословию, либо модифицировавшие применительно к нему общие нормы права тогдашнего Китая.

Третий раздел полностью посвящен описанию и интерпретации норм танского уголовного права, стоявших на страже неприкосно­венности личности, защищавших людей от физических посяга­тельств разного типа. Выявление специфики правозащиты лич­ности чиновника, равно как и защиты личности от чиновника, про­ведено на фоне полного анализа уголовных законов, оформляв­ших неравное отношение права к членам разнообразных иерар­хических структур в случаях возникновения между ними силового конфликта.

Семья служила в конфуцианском обществе эталоном и моделью всех иных социальных иерархий. Выполненные, согласно пред­писаниям танских зако­нов, на конкретном материале тщательные расчеты наказаний за покушения на старших в семье, старших в обществе и старших в учреждении доказательно демонстрируют место чиновников в общей системе социальной иерархии и их этико-правовое уподобление боковым старшим родственникам в патронимиче­ской семье.

Вячеслав Рыбаков — известный российский китаевед, доктор ис­торических наук, специалист по средневековому китайскому пра­ву. Автор полного комментированного перевода Танского кодекса (китайский свод законов, сыгравший для цивилизации Юго-Вос­точной Азии ту же роль, что Кодекс Юстиниана для европейской цивилизации).

Иван Цветаев. История жизни. А. Смирнов

Документальная биография выдающегося русского ученого-исто­рика, археолога, филолога, искусствоведа Ивана Владимировича Цветаева (1847—1913), основателя Музея изящных искусств в Москве, написана специально для издательства «Вита Нова». Ге­рой повествования предстает как яркая, разносторонняя лич­ность. Знаток античного искусства, он рано приобрел европей­скую известность, был доцентом Варшавского и Киев­ского уни­верситетов, заслуженным профессором Московского университе­та и почетным — Болонского, директором Румянцев­ского и Пуб­личного музеев в Москве.

Жизнь И. Цветаева наполнена непрерывными борениями с недо­брожелателями, с внешними обстоятельствами. Одна из важных сюжетных линий жизнеописания — преодоление противоречивых кол­лизий, сопутствовавших главному предприятию жизни Цветае­ва — со­зданию Музея изящных искусств. Автор книги — известный московский писатель, литературовед, историк А. Е. Смирнов — использует многочис­ленные письма Цветаева, его дневник, приводит воспоминания его доче­рей, одна из которых, Марина, внесла общепризнанный вклад в мировую поэзию. Изда­ние богато иллюстрировано.